Путешествия со смыслом

Уголь с шахты. Пепел. Термос с воздухом при минус сорок. Пока другие стояли в очередях цветочных ларьков, я вёз эксклюзив из мест, куда нормальные люди не добираются. Из Якутии. С Камчатки. С Чукотки. За каждым подарком - история, километры и мороз. Я считал это оригинальной мужской позицией. Жена молчала. Мама спрашивала: «Лёш, ты в порядке?». За все время поездок я так ни разу и не попал с подарком. Воркута, 2017. Уголь. Настоящий антрацит со старой шахты. Я рассказывал про историю города, шахтёрский труд, про то, что она держит в руках «кусок эпохи»...

Прошлой зимой я стоял в якутском дворе и смотрел, как хозяйка достаёт из сугроба кусок мяса - просто так, как мы достаём пакет молока из холодильника. Огромный, тёмно-красный замороженный отруб килограмм на десять. А вечером я открыл банковское приложение и свёл свои чеки за доставку еды и рестораны за месяц. Двадцать две тысячи рублей. На двоих. За один месяц. Знаете то ощущение, когда смотришь в экран и понимаешь, что буквально проел половину зарплаты? Вот это оно. Якутия - один из самых дорогих регионов страны...

Подруга переехала в Цюрих полтора года назад. Первые месяцы слала восторженные голосовые: горы, кофе, чистота, зарплата такая, что московская рядом не стоит. Потом голосовые закончились. На новогодние праздники она вернулась в Москву - к маме, к запаху хвои, к той самой зимней Москве, которую приезжие не понимают, а она всегда любила. Мы встретились в кафе на Патриарших. Она сидела в дорогом пуховике, пила глинтвейн и смотрела на заснеженный бульвар с таким видом, будто видит его впервые. Я спросил, как там...

Валерий достал телефон и стал листать фото. На первой - мужики с невозмутимыми лицами варят суп на газовой плитке. Плитка стоит прямо на краю железнодорожной платформы, у колес «Тойот». — Уютно устроились, - говорю. Валерий усмехнулся: — Это пока состав стоит. Но у товарняка расписания нет. Лязг сцепки мог раздаться в любую секунду. И тогда у тебя было ровно три секунды, чтобы схватить кипяток, плитку и запрыгнуть на платформу самому. Самые отчаянные на «рогатках» (открытых платформах) умудрялись доваривать пельмени прямо на ходу, прикрывая огонь куртками от ветра...

2016 год: официально запрещают проезд. Французская газета включает в топ-10 самых опасных дорог мира. Местные едут дальше. Не потому что не знают. Потому что другого пути нет - и не будет ещё несколько лет. Мы проехали его на «Москвиче-412». Что такое автодублер БАМа - и почему про него не говорят Это техническая дорога длиной 4300 километров, которую прокладывали вдоль железнодорожного БАМа для подвоза грузов и строительной техники. Через малые реки - деревянные мосты из лиственницы. Через крупные - железнодорожные фермы...

Стою в Анадыре и смотрю на огни аэропорта. Кажется, рукой подать - и вот он, самолет. Но между нами 7 км Анадырского лимана. Вода, лёд, ветер. И ни одного моста. Время уже поджимает. Чтобы не опоздать, нужно либо заплатить 2000 рублей за вертолёт, либо надеяться на погоду. Пока ждал рейс, разговорился с водителем аэролодки. Крепкий мужчина в куртке с полярной эмблемой предупредил: — Сегодня не повезло с погодой. При сильном морозе и ветре лопасти обмерзают моментально. Из пяти судов на воздушной подушке в строю осталось три - два встали от холода...

Кабинки не было. Был узкий проход за вешалками и кусок картона на бетонном полу. Стоял на одной ноге, держась за куртки, пока из-за вешалки доносилось: «Подтягивай повыше, джинса не тянется!» Таких примерочных больше нигде нет - и это не жалоба. За тяжелой дверью, обитой дерматином, меня сбил с ног тот самый запах. Смесь резиновых сапог, стирального порошка и дешевого шоколада. Казалось, сейчас из динамика захрипит «Тополиный пух» или "Владимирский централ". Это сельпо в Амурской области в сутках пути от Благовещенска...

Цена нового тягача КАМАЗ К5 сегодня перевалила за 11 миллионов рублей. Хороший бульдозер уровня Komatsu или тяжелый «китаец» Shantui тянет на все 25 миллионов. В Москве за эти деньги можно купить отличную «двушку» в спальном районе или две студии под сдачу. Однако, в Арктике это железо, которое медленно врастает в лед. На якутских и чукотских зимниках такие «памятники» брошенным миллионам встречаются часто. Я спросил мужиков на базе в Анадыре: — Неужели не жалко? Это ж целое состояние ржавеет! Ответ был коротким и жестким: — Лёх, привезти его домой стоит дороже, чем его стоимость сейчас...

В Арктике жидкой воды нет. Все реки промерзают до дна. Вокруг только лёд и снег. Чтобы постирать один комплект белья, нужно минимум пять литров воды. Для этого надо набить снегом огромный бак и топить его на горелке час. Снег при таянии катастрофически уменьшается. А чтобы растопить его - нужно сжечь солярку или газ. Север вообще всё обнажает - и в быту, и в инфраструктуре. Когда я сравнивал трассы Колымы и Аляски, меня поразило то же самое: одни и те же условия, но асфальт у них лежит по сорок лет, а у нас сходит весной вместе со снегом...

В Русском Устье столетиями сохранялись одни и те же роды. Архивы подтверждают: часть линий не покидала Индигирку со времени основания. Проверьте, нет ли вашей фамилии среди них. Они «законсервировались» во времени. В переписных книгах XVII века - всего несколько десятков дворов. Поэтому фамилии там сохранялись необычно устойчиво. О том, как мы доехали до этого труднодоступного поселка и его истории я рассказал здесь. Там разобраны документы и версии происхождения первых поселенцев. И я подумал:...

Сделали остановку в Тынде. И вдруг Саня - мой товарищ, с которым проехали уже пол-Арктики - замирает у странного экспоната на улице. Огромная, ржавая, облезлая труба на ножках. — Смотри, - говорит. — Мой дом. Я решил, что он шутит. — В смысле? Это же цистерна или бытовка. — Это ЦУБ-2М. Цилиндрический унифицированный блок. Я в таком вырос, - сказал он спокойно. - Не в этом конкретно, но в точно таком же. Нас было четверо: я, сестра и родители. Я посмотрел на эту железную банку. 9 метров в длину, меньше 3 в ширину...

Когда я увидел свежее фото с трассы Dalton Highway на Аляске - чуть телефон из рук не выронил. Дорога ровная. Колышки-ограничители стоят. Знаки стоят как положено - через каждые 500 метров. В комментариях мне вечно прилетает: "Вот американцы умеют!". Я решил не спорить, а всерьёз докопаться до самой сути. Нашел контакт инженера, который строил дороги на Аляске, и запросил схемы. И знаете что? То, что я раскопал, мне самому мозг взорвало. Звонок "другу" (вернее, Майклу) Сижу я в друзей в Усть-Нере, отогреваюсь чаем после 600 км "стиральной доски"...